В Одессе похоронили сотрудницу следственного изолятора, зверски убитую зэком-рецидивистом

logo
253596_v_odesse_pohoronili_sotrudnicu_sledstvenn.jpeg


У администрации СИЗО заключенный был на хорошем счету. Его поставили работать в свинарнике, где у него в распоряжении имелись два топора и разделочный нож

ЧП, произошедшее в конце минувшей недели в Одесском следственном изоляторе («ФАКТЫ» сообщали об этом), повергло в шок всю страну. Один из заключенных зверски убил сотрудницу СИЗО: заманил ее в глухое место, трижды ударил ножом, а затем расчленил тело. Прямо на тщательно охраняемой режимной территории, под носом у офицеров и рядовых…

Подобного в пенитенциарной службе не припомнят за всю ее историю. Начальника учреждения, в котором случилось это жуткое убийство, отстранили от должности. Начато служебное и уголовное расследования.

«Поскольку у нас не хватает кадров, должным образом невозможно осуществить надзор за заключенными»

Вечером 17 августа стало известно об убийстве с особой жестокостью в Одесском СИЗО младшего инспектора 34-летней Елены Порошенко. Первым о нем сообщил бывший руководитель Пенитенциарной службы Украины Сергей Старенький. На своей странице в «Фейсбуке» он констатировал: «Мне страшно это писать. Ищут сотрудника дневной смены. Осужденный хозяйственной обслуги СИЗО убил и расчленил сотрудника… Части тела спрятал в мусорном баке. Девушку звали Алена. Работала на передаче». Правда, бывший госчиновник не сдержал эмоций в отношении чиновников нынешних: «Петренко! Чернышов! После смерти сотрудницы в Одесском СИЗО я требую от вас заявления об отставке!» (Павел Петренко — министр юстиции, Денис Чернышов — его заместитель, курирующий пенитенциарную систему. — Авт.)

Лишь спустя какое-то время после этого сообщения стала появляться официальная информация о случившемся в СИЗО.

— Последний раз Аленку видели где-то около часа дня, когда выходила на перекур у штаба, — рассказали коллеги погибшей. — А вот кинулись ее искать, когда она должна была вести заключенного в следственный кабинет, но… Искали-искали — безрезультатно.

Алена работала в СИЗО чуть более года. После окончания в 2000 году профтехучилища получила специальность телеграфиста. Очевидно, что-то не сложилось, пришлось искать место, где зарплата позволит хоть как-то существовать. Правда, и здесь жизнь, как говорится, не сахар.

Кто такие инспектора режима и охраны? Это сотрудники, проводящие досмотры в камерах режимного корпуса, а также сопровождающие зэков в следственные кабинеты. Правилами режимного объекта предусматривается, что у этих сопровождающих должно быть свое надежное вооруженное сопровождение. Однако сопровождение, как выяснилось, отсутствует из-за нехватки персонала.

Охранники видели, как заключенный разговаривал с женщиной, но не обратили на это внимания: у него было внутреннее разрешение свободно передвигаться по территории.

— Он там не один такой, у нас много работников, которых выводят на работы по благоустройству учреждения, — прокомментировал «ФАКТАМ» начальник Одесского следственного изолятора № 21 Вячеслав Коваль. — Поскольку у нас не хватает кадров, должным образом невозможно осуществить надзор за заключенными.

Как стало известно «ФАКТАМ» от хорошо информированного источника, нехватка персонала в СИЗО № 21 составляет 35 процентов. Какой уважающий себя мужчина согласится работать в изоляторе за 3200—3500 гривен? Поэтому трудятся здесь в основном женщины. И их безопасность — их личное дело, поскольку администрация в этом плане не в состоянии ничего гарантировать.

В тот роковой день Алена шла, как обычно, одна. Чем и воспользовался зэк — работник хозяйственного двора СИЗО, который сейчас проходит в качестве основного подозреваемого. Предположительно, убийца заманил девушку в свинарник — предложил взглянуть на выводок поросят, удушил, расчленил бездыханное тело — разрубил надвое топором, отчленив ноги и руки. Криков о помощи девушки никто из работников следственного изолятора не слышал.

Убийца все четко рассчитал: очередной вывоз мусора специализированным автотранспортом должен был вот-вот состояться. Мусорный контейнер с останками Алены укатил бы на загородный полигон. А там ищи-свищи…

Засекли преступника по чистой случайности: один из коллег убитой выбрасывал мусор в тот самый контейнер и наткнулся на полиэтиленовые пакеты с останками и формой убитой.

— Обычно заключенных ведут по галерее, но после сильного ливня, который накрыл Одессу, там окончательно все затопило, — рассказывают сотрудники изолятора. — Поэтому девушка пошла через хоздвор…

На территории изолятора свинарник расположен в отдаленной части. Как утверждают собеседники «ФАКТОВ», именно там почему-то отсутствуют камеры видеонаблюдения. Поэтому, дескать, и пришлось искать сотрудницу по записям с других камер.

«Жизнь сотрудников в Одесском СИЗО не лучше, чем у заключенных. Штат неукомплектован, поэтому рабочих конвоирует всего один сотрудник, зачастую это девушка хрупкого телосложения без опыта работы. Пятый корпус — это вообще отдельная песня: лично видела, что „козлы“ (так на блатном жаргоне называют заключенных, которые сотрудничают с администрацией колонии. — Авт.) имеют свои ключи от камеры», — рассказала Елена Глищинская, которая раньше содержалась в стенах этого следственного изолятора.

*39-летний рецидивист не стал отрицать свою вину и признался в убийстве женщины

О трагедии родные девушки узнали из Интернета

Коллеги и знакомые погибшей отзываются о ней как об очень светлом, доброжелательном, приветливом и порядочном человеке. По словам одной из сотрудниц учреждения, которая попросила не называть ее имя, «беда погибшей Алены лишь в том, что она была очень порядочной… Поэтому никак не подходила для такой работы».

— Я знал ее лично, мы часто общались, когда я приходил в тюрьму и приносил передачи… Мне очень жаль несчастную девушку. До слез, — так отозвался о погибшей тюремный капеллан Дмитрий Краснобаев.

— Она была очень хорошим сотрудником, — говорит начальник СИЗО Вячеслав Коваль. — Что касается нарушений, то сейчас проводится прокурорская проверка.

Однако на вопросы и доводы сестры убитой Яны Двоеглазовой подполковнику Ковалю ответить было нечего. Яна возмущалась, в частности, тем, что родные девушки узнали о трагедии из Интернета. Ни руководство изолятора, ни правоохранители не уведомили их о произошедшем вплоть до утра 18 августа. Пережив шок, Яна приехала к зданию СИЗО и обвинила руководство исправительного учреждения в гибели ее сестры.

— То, что нас, семью, не поставили в известность о случившейся трагедии — это как? — задала Яна Двоеглазова вопрос начальнику СИЗО. — Что, у вас нет нашего телефона, адреса? Мы случайно узнали об этом, я стала звонить в полицию. Там отвечали, что они ничего не знают. Здесь, в вашем заведении, — тоже молчок, тишина… Если бы я сама не приехала сюда, так бы никто ничего не знал до сих пор!

Как можно работать, если на территории ходит убийца? Какая вообще свиноферма может быть на территории СИЗО?

— Это не свинарник, а хоззона, — ответил офицер. — Там не только свиньи, есть там и куры, и кролики…

Яна рассказала, что раньше ее сестра работала в воинской части, семью завести не успела. О том, что работа опасная, по словам Яны, сестра не жаловалась.

— Алене не разрешалось пользоваться телефоном, поэтому ее мобильный телефон обычно включался после 17.00, — поделилась Яна. — Мы с мамой начали звонить ей в тот день около 23.00, думали, что у нее сел телефон.

На вопрос о том, как задержанный рецидивист мог иметь работу, которая не связана с содержанием в камере, Вячеслав Коваль ответил, что у них все привлекаются к работам. А по поводу найденных в свинарнике личных вещей подозреваемого начальник изолятора сказал: «Он там переодевался».

Никаких деталей происшествия Вячеслав Коваль комментировать не захотел. По его словам, заключенный был тихим и агрессии не проявлял.

«Нам внушали, что хозяйственная обслуга — это безопасные осужденные, которые оступились в жизни»

Другого мнения — сотрудница СИЗО, которая в силу понятных причин не захотела называть свою фамилию:

— Нам внушали, что хозяйственная обслуга — это безопасные, в большинстве своем даже совсем не опасные впервые осужденные, которые оступились в жизни. Нарушили закон не по тяжким статьям и полностью раскаиваются в том, что когда-то украли аккордеон в местном сельском клубе, мешок картошки или под действием зеленого змия магнитолу из припаркованной машины. Все они имеют положительные характеристики и ждут УДО (условно-досрочного освобождения. — Авт.).

Поэтому мы, сотрудницы, ходим среди упомянутого контингента абсолютно спокойно, без страха и дрожи в теле. Вспоминаю, как в мае этого года я ходила на вещевой склад для получения форменной рубашки. Путь к этому складу лежит именно через тот самый хоздвор. Я издалека видела этого нелюдя. Даже заглянула через окно и посмотрела на вальяжно отдыхающих свинок…

Зная себя, могу сказать, что если бы он тогда предложил мне посмотреть крольчат, я точно пошла бы.

Вина погибшей Алены лишь в одном: она была доброй и впечатлительной девушкой, хотела всего лишь получить порцию умиления от милой зверюшки, что, к сожалению, стоило ей жизни. Для всего коллектива ее смерть — это большая утрата и боль…

— Лично мне непонятно, как рецидивиста назначили баландером (разносчик еды в тюрьме. — Авт.), — недоумевает Надежда Драгоева, которая была баландером в следственном изоляторе 15 лет назад. — Туда берут людей, попавших в СИЗО в первый раз. Я, например, получила год за кражу с проникновением: тогда с ребятами украли в ларьке пару блоков сигарет и кока-колы. Кроме «первоходов», берут и стукачей. Они имеют доступ к любым камерам, везде все выслушивают и доносят начальству.

Еще непонятно, как в обслугу попал убийца, рецидивист. Значит, у него волосатая лапа и кто-то из начальства помог… Понимаете, провернуть убийство в этом заведении просто. Ведь тюремный замок или СИЗО — это хитросплетения комнат, закоулков, подсобных помещений и откровенно заброшенных камер. В подвальном помещении, например, заброшенных камер было с десяток. Там по щиколотку воды…

— Десятилетия в Одесском СИЗО незаконно расположен свинарник. Не подумайте, что для кормления арестованных. Нет. Для руководства. И вот там произошло убийство… Можно предположить, что теперь будут массовые обыски по всем корпусам, ужесточение мер передвижения, запрет прогулок и тому подобное, — говорит Александр Орлов, который в этом СИЗО провел длительное время.

По факту убийства полиция начала расследование. Главный подозреваемый — 39-летний Василий, который находился в изоляторе в статусе подследственного в деле о совершении разбоя. Правоохранители уже отрапортовали о том, что он сознался в содеянном. У него уже имеется ходка за убийство женщины с отягчающими обстоятельствами. Не так давно, отсидев 14 лет, он вышел на свободу, но вскоре был задержан за разбой.

Как сообщил прокурор Одесской области Олег Жученко, подозреваемый в совершении убийства и расчленении женщины-инспектора практически бесконтрольно проживал не в камере, а в хозяйственном блоке Одесского СИЗО. Несмотря на довольно тяжкие статьи, у администрации учреждения он был на хорошем счету. В частности, его поставили работать в свинарнике, где у него в распоряжении имелись два топора и большой разделочный нож. Заключенный практически не появлялся в камере арестантского корпуса, не возвращался туда и ночью — ночевал на своем рабочем месте.

Стоит добавить, что заключенный и раньше под тем или иным предлогом не раз пытался заманить молодых девушек-инспекторов в свинарник. И администрации учреждения это было известно. Однако ничего подозрительного ни руководство изолятора, ни психологи учреждения в этом не усмотрели.

Начальника СИЗО на период служебного расследования отстранили от должности. «Виновные понесут криминальную и дисциплинарную ответственность», — сообщил Юрий Маслак, пресс-секретарь заместителя министра юстиции Дениса Чернышова.

А вот, по мнению некоторых сотрудников СИЗО, этого и добивались заключенные. Ведь начальника назначили недавно, и он сразу же усилил режим в учреждении. «У них (ВИП-заключенных. — Авт.) в камерах были бойлеры, телевизоры — все это было проплачено. Пришел новый руководитель и все это поставил под запрет. И его начали съедать. Сначала одного узника пырнули, другого избили…»

После трагедии 17 августа в Одесском СИЗО произошло массовое избиение заключенных. Об этом сообщил священник Украинской православной церкви Киевского патриархата капеллан Дмитрий Краснобаев:

— Страшное убийство повлекло за собой цепь событий… Спецназ бьет заключенных. Заходят в камеру здоровые полицейские в масках и с дубинками и лупят арестантов.

Священник осуждает такое коллективное наказание, считая, что нужно не бить людей, а навести порядок в администрации СИЗО и исправительных учреждениях.

— Зэкам, сидящим в камерах, нужно дать воду, нормальную еду и начать с ними работать, чтобы исправить их, а не бить. Потому что таких страшных монстров, как тот, который совершил это злодеяние, единицы, и остальные заключенные не имеют к этому инциденту никакого отношения, — подчеркнул Краснобаев.

В субботу, 19 августа, сотрудники прокуратуры области совместно с представителем Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека в регионе Анатолием Пазичуком провели проверку соблюдения прав заключенных в Одесском следственном изоляторе.

— В ее ходе выявлены факты бесчеловечного обращения с заключенными, — сообщили «ФАКТАМ» в прокуратуре области. — По результатам проверки начато расследование.

Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека Валерия Лутковская обратилась к Генеральному прокурору Юрию Луценко.

«Я редко использую возможности „Фейсбука“, но этот случай поражает. Это фото регионального представителя в Одессе, сделанное сегодня в Одесском СИЗО. Знаю, что там работает и региональная прокуратура, но мне кажется, что контроль должен быть тщательным. Завтра там может быть еще хуже. Мы там будем. Но будет соответствующая реакция со стороны прокуратуры?» — написала омбудсмен на своей странице в «Фейсбуке».

Генпрокурор Юрий Луценко сообщил, что после жуткого убийства инспектора и последующих заявлений об избиениях содержащихся под стражей в Одесское СИЗО выезжает комиссия Генпрокуратуры.

Сегодня, 21 августа, в Одессе простились с убитой Аленой Порошенко.

Ее убийцу из Одесского СИЗО перевели в Николаев.

А поделиться?